gr_s (gr_s) wrote,
gr_s
gr_s

Categories:

Остерман-Толстой, Алескандр Иванович

Тут было про Закревского, генерал-губернатора Москвы, похороненного во Флоренции.
Вот еще один, т.е., конечно, другой, но тот же век. И судьба - другая, но с похожим финалом.

Ну, про финал потом. Вначале судьба.



Остерман-Толстой, Александр Иванович (1770-1857). В поручики был произведен после участия в штурме Бендер (1789). Штурмовал Измаил. После ясского мира приехал в Петербург, получил капитана от императрицы (сестра его была замужем за Кутузовым). В 1793-96 гг. по собственной просьбе был переведен из гвардии в армейскую часть, служил командиром батальона в Бугском егерском полку.

В 96-м в Петербурге свел знакомство с бездетными братьями покойницы-бабки, Остерманами. По их наущению попросил Екатерину дозволить именоваться не Толстым, а Остерманом, что она за 10 дней до смерти и разрешила, написав на прошении "быть по сему". Далее - наследство от бабкиных родственников, огромное богатство, ссоры с отцом (Толстым), который в итоге дал себя уговорить, чтобы сын именовал себя Остерман-Толстой (отец возмущался, что его фамилия идет второй).

В 1799 г. женился, "не испытав особых мук любви". В невесты ему "подобрали" Елизавету Голицыну, фрейлину вел. княгини (жены вел.кн. Александра Павловича). Мемуарист: "Миниатюрное, довольно интересное, от природы неглупое и доброе существо, но со своими причудами наших знатных и богатых барышень высшего круга того времени и особенно приготовляемых ко двору".

При Павле, как и 333 других генерала, в т.ч. Суворов и Раевский, был переведен из армейского чина в действительные статские советники "для определения к статским делам". Вернулся в армию при Александре, но вакансии для него не нашлось, числился "генералом без особой команды" в корпусе П.Толстого, стоявшем в Шведской Померании.

Воевал в 1806. Осенью получил командование 2-й пехотной дивизией в корпусе Бенигсена. Командовал авангардом при сосредоточени войск у Чарнова. Отбил ночные атаки французов, предотвратив выход маршала Ланна в тыл союзным войскам. Жомини: "граф Остерман маневрировал истинно по-военному и войска его явили мужество и стойкость. Предусмотрительная решимость избавила русскую армию от почти неминуемой гибели. Предвидя опасность, которой подверглись бы они, успей неприятель отрезать его, самовольно приказал генералу Багговуту, стоявшему в Загреже, идти в Пулутск, вследствие чего неприятель был остановлен, а Бенигсену доставлен был случай впервые восторжествовать над непобедимым доселе неприятелем".

В феврале 1807 под Эйлау водил шеренги в контратаку, описанную Давыдовым и Ермоловым (Давыдов: "в продолжение 16 кампаний моей службы такого побоища не видел", Ермолов: "выдержал горячее нападение со всей его неустрашимостью и храбростью"). В этой же битве в другом эпизоде чуть не попал в плен. Был близорук и, приступая к командованию, надевал очки. По версии известного Федора Глинки из-за близорукости и чуть было не попал в плен к французам (Глинка был тогда адъютантом Милорадовича, с которым наш герой дружил).

Потом была история с Бенигсеном, с которым разругался в прах. Александр принял сторону Бенигсена, сняв Остермана с командования. В бою при Гуштадте, который, по мнению Жомини, сложился бы удачнее для русских, останься Остерман в командной должности, он был тяжело ранен в ногу.

Тильзитский мир не принял, указаний царя быть подружнее с фр. послом Коленкуром не исполнял, домой его не звал, за что посол в своих донесениях назвал Остермана-Толстого "главой оппозиции". В 1809 г. неожиданно вышел в отставку (говорили - в знак протеста против недолжного обращения царя с Голицыным, будущим московским губернатором, с которым дружил).

В 1812 году, узнав о сборе войск на Западной границе, отправился частным образом (в собственной карете) в Вильно. Явился в Шавли в штаб командующего Западной армией Барклая де Толли, назвался волонтером, заявил, что готов служить в любой должности. Во время сражения отряда Кульнева, прикрывавшего отход корпуса Витгенштейна, явилась высокая фигура генерала в очках и с Георгием. Участвовал в отражении атак кавалерии, поразил Уварова, наблюдавшего все это, и написавшего царю. О том же эпизоде Александру рассказал и Витгенштейн. Вскоре Остерман-Толстой принял командование 4-м корпусом Западной армии.

Остерман-Толстой был первым генералом, принявшим большое сражение с французами. Когда выяснилось, что Груши подходит к Орше, что Наполеон взял Витебск и вклинился между 1-й и 2-й Западными армиями, быстрое продвижение французов заставило Барклая оставить дрисский лагерь. Выставили арьегард, чтобы задержать Наполеона, пока Багратион перегруппируется и отобьет Витебск. Ермолов: "Надобен был генерал, который дождался бы неприятеля, и тот бы его не устрашил. Таким был Остерман, и он пошел с 4-м корпусом". Несколько часов непрерывного огня и атак не сломили сопротивление русского каре. Корпус дождался подхода свежих войск. Через сутки стало ясно, что Багратион не пробьется к Витебску, и обе Западные армии стали отходить, соединившись у Смоленска.

Во время трехдневного Смоленского сражения корпус Остермана блокировал рейд французов во фланг Багратиону.

При Бородине оборонял Курганную высоту (с корпусом Раевского), после Кутузов оставил его в арьегарде прикрывать отход. Был контужен. За сражение получил орден св. Александра Невского.

Был на историческом совете в Филях (участники: Кутузов, полные генералы Барклай, Бенигсен, Дохтуров, Платов, генерал-лейтенанты Остерман-Толстой,Раевский, Коновницын, Уваров, нач. штаба Ермолов, генерал-интендант Ланской, генерал-квартирмейстер Толь). Барклай - оступать. Бенигсен - еще сражение. Остерман резко возразил Бенигсену, после чего Кутузов по-французски сказал: "Приказываю отступить". Собствено, искаженные слова Остермана в перепалке с Бенигсеном легли в основу легендарного "Не пропала армия - не пропала и Россия". Нападки Давыдова, считавшего оставление Москвы ошибкой ("совет Остермана был причиною того, что он несколько раз сходил с ума - ему казалось, что в армии его почитают трусом").

Оказался в числе немногих, кто не принимал участие в травле Барклая, возглавляемой вел.кн. Константином Ник. и поддержанной Ермоловым и Бенигсеном.

В авангарде войск Милорадовича 4-й корпус участвовал в сражениях под Малоярославцем и Вязьмой. Остерман-Толстой, командуя войсками, был ранен под Красным. Дойдя до Вильно, покинул армию "для излечения ран".

После взятия Берлина Витгенштейном, Остерман-Толстой с женой едут в Германию, к врачам. В апреле 1813 г. Наполеон разбил союзников при Люцене, и Остерман явился в армию, где опять объявил себя волонтером. Под Бауценом стоял в стрелковой цепи, был ранен в плечо, личным примером остановил отступающие войска, после чего в течение трех часов руководил сражением.

После поражения под Дрезденом союзные войска, в которых находились Александр и король Пруссии, двинулись к Теплицу Богемскими горами, преследуемые маршалом Вандамом. Оправившийся от ранения Остерман оказался в главной квартире почти случайно, имея приказ "присоединиться ко всей армии без всякого постоянного начальства". Поняв, что можно ударить Вандаму во фланг, обратился к принцу Виртембергскому, который призвал его к немедленным действиям. Остерман пошел наперерез Вандаму с 19-тысячным отрядом, вдвое меньшим, чем у неприятеля.

Двое суток не переставая шел дождь, дороги размыло. Остерман "с верностью взгляда, прославившего его имя рядом быстрых и точных перемещений, беспрерывно вступая в бой, несмотря на множество преград и страшное утомление войск", вошел в ущелия Богемских гор, преградив дорогу Вандаму. 17 августа 1813 у чешской деревни Кульм началось сражение. Проведя гвардейцев через горы, Остерман подавил артиллерию противника, опрокинул его арьегрард и закрепился. В 10 утра Остерман был ранен - левая рука была оторвана ядром. Александр I, видя сражение с гор, послал Жомини с приказом направить к Теплицу свежие части. Вскоре германские войска заблокировали французов, а казаки взяли в плен Вандама. Командование принял Ермолов.

Во время операции (отнимали руку) приказал солдатам петь, чтобы не слышали его стонов. Потерял сознание. Когда очнулся и увидел склонившегося над ним короля Пруссии, понял, что союзники успели спуститься с гор.

Давыдов, не любивший его, в записках восхваляет за Кульм Ермолова. Лажечников: "душой и виновником победы был Остерман". Прочитав реляцию Ермлова, Остерман приписал, еле двигая правой рукой: "довольно возблагадарить не могу вашего превосходительства, нахожу лишь только, вы мало упомянули о генерале Ермолове, которому всю истинную справедливость отдавать привычен".

В Праге толпы вышли приветствовать его. За Кульм был произведен в генерал-адьютанты, награжден Георгием II степени, прусским железным крестом и австрийским командорским крестом ордена Марии Терезии.

Позже, в 1815 г. ему подарили дорогой кубок, украшенный "сея земли драгоценными камнями, с надписью "Храброму Остерману от чешских женщин в память Кульма 17 августа 1813". Остерман велел начертать на кубке имена полковых командиров, участвовавших в сражении и хранить в Павловском полку. Сейчас этот кубок (и шинель Остермана) - в запасниках Исторического музея, в Москве.

В 1815 г. Остерман-Толстой вернулся Петербург, был назначен командиром гренадерского корпуса. Жил в отеческом доме на Английской набережной. В 1818 г. подал рапорт об уходе с должности, оставался шефом Павловского полка. Зимой жил в Москве, в доме, полученном по наследству от бабкиных родственников, отстроенном после пожара, летом - в Ильинском Звенигородского уезда.

Отрезанную руку держал в стеклянном сосуде, в спирту. Лажечников был свидетель, как Остерман захоронил ее в фамильном склепе, в Сапожковском имении (Рязанская губ.).

Образование у него было домашнее. Свободный французский и немецкий, латынь. "Я простой солдат и мало имел времени учиться, но всегда желал много и серьезно учиться; я не стыжусь невольного незнания, но не хочу быть невольным невеждой".

Вяземский писал о нем: "нравственные качества Остермана - прямодушие, откровенность, благородство и глубокое чувство русской народности, впрочем, не враждебное иноплеменным народностям".

В 1822 г. поехал в заграничное путешествие со своим впоследствии знаменитым родственником, молодым тогда человеком (его более чем хорошо знает r_l). Провел за границей два года. Отношения с Николаем I не сложились - тот не дал ему командование армией, предпочтя Витгенштейна, да и вообще как-то... не сложились.

[Источник: Рогинский Е.М. Генерал Остерман-Толстой. Вопросы истории, 1998, N 3, стр. 147-153; библиография - стр. 153].
Subscribe

  • ЧТО НИ ДЕЛАЕТ ДУРАК, ВСЕ ОН ДЕЛАЕТ НЕ ТАК

    Нельзя забывать о том, что если дебил уверен в себе, говорит убедительным голосом, умеет носить галстук и рубашки с запонками, если он пользуется…

  • Лоренц Штейн (1815-1890)

    Лоренц фон Штейн (вообще-то он Штайн, но по традиции пишут Штейн). Очень свежо и современно - государство как коллективный индивид, достигший степени…

  • ДАЛЕЕ

    Кросс-пост завел (в ЖЖ). Пока что не могу понять, как делать об этом отметку внизу поста (как у Паргнтума). UPDATE. Самополучлось! Есть сообщение…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments